2016.11 Жуков М.А. О проблеме коренных народов России

Жуков Михаил Андреевич – секретарь научного совета автономной некоммерческой организации «Научно-координационный центр по проблемам Севера, Арктики и жизнедеятельности малочисленных народов Севера», член Совета по Арктике и Антарктике при Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, кандидат биологических наук.  


О проблеме коренных народов России и постановлении Конституционного суда Якутии от 21 октября 2016 года беседуем с членом Экспертного совета Комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Михаилом Жуковым.

Конституционный суд Республики Саха (Якутия) в постановлении от 21 октября текущего года постановил, что якуты — коренной народ Якутии. 31 октября на заседании Совета по межнациональным отношениям в Астрахани завкафедрой Российской академии народного хозяйства и госслужбы Вячеслав Михайлов предложил идти от Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года (утверждена указом Президента России от 19.12.2012 № 1666) к федеральному закону «О российской нации и управлении межэтническими отношениями». Президент России В.В. Путин поддержал предложение и отнес его к задачам, «которые точно нужно реализовывать». 22 ноября Совет по международным отношениям и взаимодействию с религиозными объединениями при Совете Федерации провел заседание на тему «Вопросы международного и межрегионального согласия, совершенствование законодательства в сфере национально-культурной автономии под председательством первого заместителя Председателя Совета Федерации Н.В. Федорова. На 1 декабря запланировано проведение заседания Научно-экспертного совета при Комитете Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера на тему «О предложениях к концепции проекта федерального закона о российской нации».

Вопрос, поднятый в Якутске и получивший дальнейшее развитие в Астрахани, продолжает будоражить умы сограждан, что отражается в разнообразных публикациях СМИ. С вопросами о причинах и смысле событий журнал обратился к своему арктическому эксперту, члену Экспертного совета Комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Михаилу Жукову.

Михаил Андреевич, в чем собственно дело? 

В Якутии подняли вопрос: кто коренной, и является ли коренным народ, формирующий национальные образования в составе Российской Федерации. Поскольку дихотомия понятий коренной-некоренной при ее превратном толковании способна создать множество проблем и, одновременно, противопоставление коренные-некоренные не является истинной сутью национальных отношений в нашей стране, проблема была переформулирована в вопрос о разработке проекта федерального закона о российской нации.

В чем заключается проблема? 

Проблема в том, что в нашу конституцию, в наше законодательство переводчиками с английского языка привнесен некорректный перевод словосочетания indigenous people. Правильный первод — не «коренное население», а «местное население». Наиболее адекватным переводом будет самоименование белорусов, используемое ими в течение долгого времени во время переписей — «тутейшие» (по-русски — туземцы). Переводчики постеснялись использовать слова «туземцы» или «аборигены», которые в XIX веке благодаря европейской литературе приобрели значение «примитивные», «дикие», найдя им удачную с точки зрения филолога, но неудачную с точки зрения юриста замену — «коренные». Решая лингвистическую, а не правовую задачу, переводчики не заметили, как разделили доселе единый российский народ на две правовые категории. Одни граждане получили правовой статус «коренных». Другая, большая часть граждан, статуса такового не получившая, автоматически в силу смысловых противопоставлений лингвистических конструкций обиходного языка оказалась в категории «не коренных, пришлых, мигрантов», даже если их предки живут на тех или иных землях с XVI–XVII, а то и с XII–XIII вв.

А кто в нашем законодательстве «коренные»? 

Конституция употребляет это слово только один раз в статье 69: «Российская Федерация гарантирует права коренных малочисленных народов в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации». Аналогично и в федеральных законах.

Подробнее вопрос рассмотрен в шестом номере Журнала российского права за 2009 год в статье Жуков М.А. «Коренность» как содержательное понятие нормативных правовых актов».

Значит все народы, кроме малочисленных, у нас не коренные? 

Формально это так, но на самом деле, в соответствии со смыслом положений российской Конституции коренными являются все народы, населяющие нашу страну. Конституционный суд Республики Саха (Якутия) дал толкование положений 42 статьи Конституции Республики: «1. Республика Саха (Якутия) гарантирует сохранение и возрождение коренных народов Республики Саха (Якутия), а также русских и других старожилов. 2. Республика Саха (Якутия), уважая традиции, культуру, обычаи коренных народов Республики Саха (Якутия) и коренных малочисленных народов Севера, защищает и обеспечивает их неотъемлемые права: […]. 3. Порядок и условия реализации прав коренных малочисленных народов Севера, не предусмотренных настоящей Конституцией, определяются законом».

Таким образом, Конституция Якутии видит не одну, а три категории населения: коренные народы, коренные малочисленные народы, русские и других старожилы? 

Конституция Якутии основывается на реальном положении дел: субъектами традиционного природопользования являются:

  • малочисленные народности Севера, Сибири и Дальнего Востока (40 этносов; постановление Правительства Российской Федерации от 17.04.2006 № 536-р в редакции от 18.05.2010 № 352);
  • народы Севера, Сибири и Дальнего Востока, не являющиеся малочисленными (таких народов семь: алтайцы (около 67 тыс. человек), буряты (около 480 тыс. человек), карелы (около 61 тыс. человек), коми (около 202 тыс. человек), хакасы (около 73 тыс. человек), тувинцы (около 264 тыс. человек), якуты (около 478 тыс. человек);
  • русскоязычное и татароязычное старожильческое население, представляющее собой специфические этнографические группы внутри русского и татарского народов, а также метисное население.

К старожильческому населению относится также очень пестрая в этническом плане часть населения, относительно недавно приехавшая в поисках лучшей доли, а еще чаще насильственно перемещенная в эту часть страны (например, потомки сосланных в Сибирь и на Дальний Восток в XVIII–XIX веках поляков-конфедератов или даже ссыльных немцев, попавших в Сибирь в ХХ веке), освоившая традиционные формы жизни окружавшего населения и не имеющая иных способов существования.
В составе народов Севера, Сибири и Дальнего Востока, не являющихся малочисленными, традиционным природопользованием занимается меньшая часть их представителей (совсем мало среди карелов и более всего среди якутов и тувинцев). Тем не менее, эти группы, сохраняющие традиционный образ жизни, должны иметь обеспеченный доступ к ресурсам традиционного природопользования и необходимые формы государственной поддержки. Если мы желаем избежать конфликтов между названными группами населения, мы должны признать за всеми право на сохранение традиционных форм жизни, т.е. считать всех их субъектами традиционного природопользования. Даже тех, кого закинули в эти края войны, революция и репрессии властей. Если они или их потомки захотят и смогут вернуться на старые места проживания, влиться в жизнь индустриального общества (что постепенно и происходит) — это будет их личным выбором. Но никто не должен принуждать их к этому насильно.

Из сказанного следует, что выделение коренных народов связано с ведением ими традиционного природопользования? 

Именно так. Понятие indigenous people относится к терминологии Международной организации труда (МОТ). Оно используется Конвенцими МОТ № 50,64,65,86,104,107,169. Конвенция 1989 года МОТ № 169 «О коренных и племенных народах в независимых странах» дает раскрытие понятия indigenous people, устанавливая, что оно распространяется (статья 1):

а) на народы, ведущие племенной образ жизни в независимых странах, социальные, экономические и культурные условия которых отличают их от других групп национального сообщества и положение которых регулируется полностью или частично их собственными обычаями, традициями или специальным законодательством;
b) на народы в независимых странах, которые рассматриваются как коренные ввиду того, что они являются потомками тех, кто населял страну или географическую область, частью которой является данная страна, в период ее завоевания или колонизации или в период установления существующих государственных границ, и которые независимо от их правового положения сохраняют некоторые или все свои социальные, экономические, культурные и политические институты.

И как это учитывается в российском законодательстве? 

Россия не ратифицировала Конвенцию МОТ № 169, прежде всего из-за наличия определенного рода правовых коллизий с российским правом. В то же время согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2016 года № 224-О, это не исключает возможности учета и использования положений указанной конвенции при формировании российского законодательства в этой сфере.

Положения Конвенции № 169 МОТ разработаны с учетом:

  • ситуации, специфичной для Северной и Южной Америк (статья 1, пункт 1, подпункт а), где государства созданы колонизировавшими материки европейцами и основная часть местного населения также стала частью современной индустриальной цивилизации, но сохраняются и индейские племена, которые продолжают вести традиционное хозяйство и традиционный образ жизни, являющийся для них этносохраняющим фактором — «на народы, ведущие племенной образ жизни в независимых странах»;
  • ситуации, специфичной для стран Азии и Африки (статья 1, пункт 1, подпункт b), где колонизировавшие их переселенцы из Европы не стали государствообразующей частью населения – «народы в независимых странах, которые рассматриваются как коренные ввиду того, что они являются потомками тех, кто населял страну или географическую область, частью которой является данная страна, в период ее завоевания или колонизации».

Подробнее вопрос рассмотрен в статье: Жуков М.А. «Зарубежный опыт регулирования традиционной хозяйственной деятельности и поддержки коренного населения Арктики»

Почему положения Конвенции МОТ № 169 для нашей страны не подходят? 

На российскую специфику формулировки Конвенции корректно не проецируются, так как у Северной Евразии была совершенно другая история. Попытки применять их непосредственно приведут к формальному отождествлению русских с колонизаторами-европейцами и использованию этого информационного симулякра нашими «вероятными партнерами» для разжигания межнациональных конфликтов.

В чем специфика нашей истории? 

И вселявшиеся в Сибирь и на Дальний Восток русские, и местное на момент их прихода население, исходя из своего многовекового опыта, воспринимали ситуацию и строили взаимоотношения в соответствии с уже тысячелетие существовавшей традицией кочевых империй. Эти империи сменяли друг друга в ходе военно-политического процесса, когда кто-либо из бывших подданных господствовавшего в империи этноса в момент его слабости заменял его и становился на его место. Практически все возглавлявшие эти империи народы перед этим сами были подданными предшествовавшей им кочевой империи или находились в периферийной вассальной зависимости от нее. Поэтому и приход русских воспринимался данниками дальних периферий монгольской державы как борьба усилившегося далекого от них улуса монгольской империи за ее воссоздание с новой господствующей национальной элитой. И вели себя русские совершенно стандартно:

  • облагали ясаком (даже сам термин не меняли), который сибирские племена и так платили другим осколкам империи чингизидов, и который являлся внешним проявлением сложного комплекса политических и экономических взаимоотношений;
  • в существенной мере сохраняли местные формы и институты самоуправления, надстраивая над ними общегосударственные институты управления;
  • включали местную элиту в управляющий класс империи, приравнивая их титулатуру к собственной;
  • на уровне простого народа выстраивались открытые и доброжелательные взаимоотношения, скрепляемые смешанными браками.

В послепетровской России эти отношения стали постепенно трансформироваться в соответствии с европейскими представлениями, но это происходило медленно и не слишком далеко зашло (европеизированные поляки, например, относились к родственным им белорусам и украинцам как к представителям низшей расы и открыто говорили и писали о себе как о конквистадорах, соотнося себя с испанцами, а «тутейших» жителей западнорусских княжеств с дикарями-индейцами).

Таким образом, русские как историческая часть евразийской империи кочевых народов лишь в очередной раз воссоздали ее? 

В целом да. Нужно только уточнить условность понятия «империя кочевых народов». Большинство народов, формировавших ее на разных исторических этапах, были оседло-кочевыми. Просто в технологическом укладе средневековья вплоть до эпохи развитого огнестрельного оружия главной силой военного доминирования была конница, и создавали империи те народы, которые могли формировать сильные конные группировки. А в тот период это народы с развитым пастбищным животноводством в хозяйственном комплексе. Русские были одновременно и лесным, и лесостепным народом, и когда пришло их время, формировали империю опираясь на весь свой хозяйственный комплекс, включая и способность формирования крупных контингентов конницы там, где это было актуально – Южная Сибирь. Севернее главным транспортным средством была не лошадь, а речные и морские суда. Основой же хозяйственного доминирования – стало развитое железоделательное и ткацкое производство.

Главная характеристика описываемых империй — их евразийский характер, то, что потом Маккиндер назовет «хартленд». Если бы время русских пришло на несколько веков ранее, все было бы очень традиционно. Но оно пришло на переломе Средних веков и Нового времени, в период технической революции с наложением еще и процесса европеизации самой России. Отсюда и особенности.

Но как тогда решать, кто коренной, а кто — нет?

Устоявшимся стереотипом является представление об исконности проживания коренных народов в местах их современного проживания и о приходе русских на территории с уже сложившимся составом аборигенного населения. На основании этого делается вывод о правомерности подхода, при котором момент прихода русских в данный регион рассматривается как черта, до которой проживание считается достаточно долгим для признания населения коренным, а после которой — недостаточно долгим. Основанное на незнании реальной этнической истории Севера, Сибири и Дальнего Востока, это мнение может сыграет роль яблока раздора в отношениях между самими аборигенными народами. Ведь многие из них живут совместно или чересполосно и обычны ситуации, когда одни пришли на территорию нынешнего обитания до, а другие после появления там русских. Долгане, например, сформировались как новая этническая общность уже после прихода русских на Хатангу. Причем в их формировании наряду с эвенкийскими и якутскими родами, участвовали и русские «затундряные крестьяне».

Постановка вопроса о длительности проживания этносов применительно к Северу, Сибири и Дальнему Востоку Российской Федерации очень плохо применима в принципе. Лишь очень незначительное их число можно связать с ныне занимаемыми этносами территориями как с местом их формирования (изначальной родиной). Север, Сибирь и Дальний Восток всегда были ареной вселений, переселений, масштабных миграций. Сюда уходили от кровопролитных войн и жестоких властей в поисках спокойной и счастливой жизни. Приход русских был лишь последней по времени крупной миграционной волной, ничем в этом плане не отличавшейся от волн предыдущих. Он только подхлестнул шедшие и без него миграционные процессы. Прекращение состояния войны всех против всех уже в XVIII столетии сделало передвижение практически безопасным. Старые крупные родовые объединения, скрепляемые необходимостью ежеминутной готовности к обороне, буквально рассыпались, широко перемещаясь по просторам Севера, и осваивая всё новые и новые территории. К этому стимулировала и резкая активизация рынка местных ресурсов. Обычны были и переселения в другие регионы, связанные с уходом от произвола администраторов. Если сравнивать этнографические карты Севера хотя бы за последние три столетия, различия будут очень заметны.
Подробнее в статье: Жуков М.А. «О совмещении прав ведущих традиционный образ жизни групп населения Российского Севера» (Журнал российского права. 1998, № 2. С. 65 – 72).

Если время вселений не может рассматриваться как критерий отличия коренных народов от иных остальных, как тогда быть? 

Мы уже говорили, что выделение коренных народов связано с ведением ими традиционного природопользования. Коренные народы в настоящее время противопоставляются не конкистадорам, которых в чистом виде уже нет, и их роль в известной мере играют крупные ресурсодобывающие корпорации. Они противопоставляются современному индустриальному обществу как таковому, в которое люди включаются не по этническим, а по культурно-психологическим характеристикам, по принадлежности к образу жизни современного глобализирующегося мира. Сама проблема коренности и в России, и в странах Азии, Африки и обеих Америк — экономическая. Это проблема условий сохранения возможности заниматься традиционным природопользованием, без чего невозможно сохранение традиционного образа жизни, языка, культуры, самосознания народа.
В то же время, идентификация субъектов традиционного природопользования (традиционное природопользование и традиционный образ жизни практически синонимы понятия «племенной образ жизни»), главным образом через его национальную принадлежность как минимум неудачна и во многих случаях законодательство должно ориентироваться не просто на народы как таковые, а на конкретные социальные группы. В этом заложен глубокий практический смысл. Представим себе, что численность какого-либо малочисленного коренного народа превысила установленный законодательством лимит 50 тыс. человек, но большая его часть приняла образ жизни индустриального общества. Эти люди живут в городах, имеют современные профессии, вполне благополучны. Это значит, что можно не поддерживать небольшие общины, оставшиеся в тайге или тундре вести традиционный образ жизни? Наверное, нет необходимости объяснять к чему это приведет. Это мнение не является чем-то новым. Оно высказывалось и ранее (например, академиком Е.Е. Сыроечковским). Аналогична позиция и Ольги Мурашко, считающей, что: «Субъектами права … являются не коренные народы как таковые, а этно-социальные, территориально-хозяйственные группы, ведущие традиционный для данной местности образ жизни». Она указывает и на еще одну существенную причину предпочтительности такого подхода – этносы не могут выступать в роли субъектов экономического права. Она также указывает, что: «определение Конвенции 169 МОТ “коренные и ведущие племенной образ жизни” здесь явно недостаточно».

По нашему мнению, специфике нашей страны гораздо больше соответствует подход Всемирного банка, согласно которому должны защищаться «интересы социальных групп, обладающих социальными и культурными характеристиками, отличными от характеристик преобладающего населения, что делает их уязвимыми в процессе социального развития, грозит утратой своей идентичности, неповторимости своего социального и культурного облика».

Но постановление Конституционного суда Республики Саха (Якутия) предусматривает именно историко-временные основания: «… признание территории Якутии родной землей и исторической родиной якутского народа»? 

Мы уже говорили, что постановка вопроса о длительности проживания этносов применительно к Северу, Сибири и Дальнему Востоку Российской Федерации очень плохо применима. К якутам как этносу это также имеет отношение. Якуты (саха) — потомки прибайкальских курыкан (археологическая культура «курумчинских кузнецов»). В Прибайкалье они жили многие столетия и в значительной мере сформировались как этно-культурная общность, вобравшая в себя тюркские, монгольские и восточно-иранские (скифские) элементы (самоназвание «саха» происходит от самоназвания восточных скифов «сака» — типичное для тюркских и монгольских языков замещении «к» на «х», например: Косогол-Хубсугул). Среди своих предков якуты видят также меркитов Восточного Саяна. В Прибайкалье курыкане имели государственное или квазигосударственное образование, позволявшее им многие столетия противостоять такому серьезному противнику, как енисейские кыргызы (предки хакасов).
В период максимального взлета могущества енисейских кыргызов (IX–XI века нашей эры) предки якутов начали переселение на Север в бассейн Лены, завершив его уже после монгольского завоевания Прибайкалья. В бассейне Лены предки якутов встретились с прикочевавшими туда несколько ранее эвенками и эвенами (ламутами) — выходцами из Манчжурии. Впрочем, с эвенками предки якутов тесно контактировали и смешивались еще в Прибайкалье. В районе Якутска якуты осели в историческом масштабе сравнительно недавно. Согласно легенде создатель якутского протогосударственного объединения родов в районе Якутска Тыгын пленил первую ватагу казаков, вышедших на Лену и сплавлявшихся вниз по ней на стругах. Кто были первыми автохтонными обитателями территории Якутии сказать трудно. С наибольшей вероятностью на эту роль могут претендовать юкагиры — племена каменного века, которые были оттеснены к арктическому побережью вооруженными железным оружием и более организованными эвенками и якутами. Помимо юкагиров на территории Якутии обитал родственный айнам народ, именовавшийся «нючча», который имел сходные с руссками антропологические признаки, роднившие их одновременно с восточными европейцами и жителями Австралии. К моменту прихода русских нючча практически исчезли, но о них хорошо помнили и при первой встрече с русскими якуты восприняли их как новую странную разновидность нючча и дали им это имя (русские по-якутски — нючча). Также реагировали и японцы при первых встречах с русскими — приняли их за странную высокорослую разновидность айнов.
Из сказанного вовсе не следует, что территория Республики Саха (Якутия) не является родиной якутского народа, так как процессы этногенеза протекают не прерываясь и завершающие их этапы происходили именно на этой территории. Но не следует из постановления Конституционного суда Республики Саха (Якутия) и необходимость для якутов отказываться от своей истории на территории Прибайкалья. Курыканы соотносятся с современными якутами примерно как современные русские соотносятся с жителями Киевской Руси и то, что курыканы могли долго сопротивляться сильному феодальному (с восточной спецификой) государству енисейских кыргызов говорит о том, что и у них тоже уже тогда была достаточно сильная государственная или государствоподобная организация. Надо понимать всю относительность формальных схем и их лишь условное соответствие более сложной реальности.

Что дает якутскому этносу признание его коренным народом? 

Большая часть представителей якутского этноса уже вошла в индустриальное общество и стало его частью. Но есть и довольно многочисленные группы, занимающиеся традиционным природопользованием — оленеводство и животноводство, охотничий и рыболовный промыслы. Хозяйственно они практически не отличаются от соседствующих с ними представителей коренных малочисленных народов, но с точки зрения федерального законодательства они не имеют тех же мер правовой защиты и поддержки.

Регионального законодательства недостаточно для решения проблем групп населения, ведущих традиционный образ жизни?

Национальные республики в составе Российской Федерации в целом располагают достаточными полномочиями для поддержки традиционного природопользования групп населения, не относящихся к малочисленным народам. Но есть и зоны правовой неопределенности. Например, федеральным законодательством для таких групп населения не предусмотрено создание территорий традиционного природопользования. В принципе, и этот вопрос мог бы быть решен в рамках регионального законодательства, но тут уже возникает проблема интерпретации норм федерального законодательства конкретными чиновниками.

Проблема заключается в том, что текст правовой нормы технически не может быть исчерпывающим и не может быть употребляем как алгебраическая формула. Жизнь сложнее и разнообразнее любых правовых формул и без их интерпретации применительно к конкретным ситуациям невозможно обойтись. Но интерпретаторы должны обладать не только правовой грамотностью, но и хорошим знанием вопроса во всей его многогранности. К сожалению часто это подменяется формальным буквоедством, когда между юриспруденцией и алгеброй на практике ставят знак равенства без всяких на то оснований.

Что происходило на заседании Совета по международным отношениям и взаимодействию с религиозными объединениями при Совете Федерации и что будет в Совете Федерации 1 декабря? 

Обсуждались вопросы, связанные с разработкой проекта федерального закона о российской нации. Давайте более подробно поговорим об этом после заседания в Совете Федерации 1 декабря.

Оригинал публикации на сайте www.rareearth.ru:


Жуков-М.А., идентичность, самоопределение, самоидентификация, Конституция Саха, Якутия, Конституционный Суд Якутии, признал, Якуты, якутов, коренным народом, коренной народ, Жуков М.А.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s